Магический сыск. (Трилогия) - Страница 318


К оглавлению

318

– А как он добился такого эффекта, чтобы кристаллы оказались в сердце? Не сам же? Магия, не так ли? Или какое–то хитрое приспособление?

– Магия. Причем самое смешное, что выполнил это заклинание сам Хакт. Алиера наплел ему что–то, объяснив, какое действие требуется, тот и сделал. А Лакост уже использовал его, сам понимаешь как.

– Недолго они ломались, когда стало известно, что Эггерра пропал? – Инема усмехнулся. Ему нравилось смотреть, как Джейко рассказывает о своей работе. Самореализация порой самый лучший афродизиак.

– Ага. Спесь мигом спала. – Тацу вытащил сигарету, и Куарсао поднес огонек к ее кончику. – Не вся и не сразу, но все же… Прияаатно, – протянул он, не совсем ясно, что именно имея в виду. – А вообще из–за этих красавцев нам много пришлось потрудиться. Пока выявили все места, где продавали зелья и прочее, сделанное на основе лазоревых кристаллов, и всех, кто уже попался к ним на удочку, пока отловили всех магов, практиковавших запретное колдовство с ними… А, да много всего! И сколько еще придется сделать! Работы непочатый край.

– Справишься, я уверен, – растянул чувственные губы в не обнажающей клыков улыбке Белый Тигр. – В конце концов, пусть этим занимаются твои подчиненные. Ты и так за них большую часть работы сделал.

– Твоя правда. Марк в таких делах лучше меня разбирается. Да и Агну это дело вполне по плечу. Эрик, Рекки и Уилни пусть у них учатся… Девчонки же сейчас пытаются свои оплошности загладить. Мы еще Стражу, Городской Сыск, Магическую Гильдию подключили. В общем, ты знаешь, как я люблю всех работой озадачивать.

– Да уж, на себе испытал, – рассмеялся Инема. Беловолосый хищник затянулся, медленно выпустил дым и спросил:

– Кстати, а зачем лазоревые кристаллы нужны были Эггерре? Только из–за Кемли с Хактом?

– Деньги. Я думаю, в основном из–за денег. Даже могущественным демонам надо на что–то жить.

Белый Тигр кивнул. Он отлично это понимал. Когда–то даже его гордому Клану пришлось приспустить знамя своего высокомерия и начать думать об экономике. Перевертыш вновь затянулся и спустя некоторое время выдал:

– Я только ничего не понял в этой эпопее со щенком.

Куарсао хоть и сделал много для полукровок в своем Клане, но как любой чистокровный оборотень относился к ним с некоторым пренебрежением. Проявилось это и сейчас. Если бы Каде–Матиуш был бы полноценным, с точки зрения Белого Тигра, перевертышем, то он назвал бы его волчонком. Правда, Джейко не знал, как глава Клана определил бы его в случае принадлежности к Собакам. Но Тацу давно уже привык к многочисленным странностям своего любовника, да и справедливость и демократизм – достоинства порой весьма сомнительные. По его же мнению.

– Там все и радостно, и грустно одновременно. Грустно, потому что у ребенка не осталось родных, да и сам он пережил такое, что и врагу не пожелаешь. Эггерра, или скорее кто–то по его приказу, похитил ребенка и послал ультиматум его дяде. Тот нужен был ему, чтобы создать систему хранения большого количества лазоревых кристаллов без ущерба для здоровья самого эллуя и его посетителей, тех же «шутов», к примеру. Ибо это такая дрянь, что даже организм полудемона может подорвать. Особенно когда камней много. Да и при большом скоплении их довольно легко обнаружить. Не было бы этой защиты, даже я при посещении почувствовал бы их наличие. И без всякого приборчика, вроде того, что был у Лакни. Эллуи хоть и плюют на нашу бюрократию и правоохранительные органы, но даже у них мозгов хватает не нарываться слишком явно. Обычно. Вот Лекто Мер и должен был настроить все, что нужно для хранения кристаллов, и устранить сопутствующие проблемы. При этом требовалось, чтобы он никому не выдал тайны. Сначала сдерживающим фактором был его племянник, а потом Эггерра, видимо, решил, что лишить оборотня рассудка будет надежнее; а может, Лекто попытался сбежать с Каде. Так или иначе, кончилась для него эта история печально. Увы. Волки до сих пор в ярости. Зато забрали себе Каде Мера и собираются его холить и лелеять хотя бы в память о его дяде и из–за ненависти к его убийце. Не знаю уж, насколько их хватит.

– Не переживай, – довольно равнодушно сказал Белый Тигр. – Волки на чести и памяти помешанные. И правда, будут твоего щенка холить и лелеять. Если еще в нем обнаружатся способности мага тонких плетений, то вообще пуп земли из него сделают. Трястись над ним, конечно, будут безбожно, но это уже издержки. Как он, кстати, – обернулся?

– О да! Все–таки лэрэ Маери очень помогла мне со своим знакомым. Старый–престарый дед, уже от дел отошел давно, но мастером был, мастером и остался. Сами бы мы еще долго такого специалиста искали. Не знаю уж, что он делал с Матиушем, в смысле, с Каде, но тот смог перевоплотиться. Забавное оказалось существо. На мой взгляд, волчонок волчонком, – Джейко не раз видел представителей этих оборотней в человеческой ипостаси, – только глаза собачьи.

– Перепуганные? – подшутил Инема. Он как представитель кошачьих не любил ни Волков, ни Собак. Белый Тигр на самом деле мало кого любил.

– Преданные.

– Это потому, что он на тебя смотрел, – хохотнул Куарсао, – как я понял, ты ему понравился. Но все–таки, как этому счастливчику, – было непонятно, в прямом смысле или нет произнес он последнее слово, – удалось сбежать от Эггерры?

– О, это показательный пример, – хмыкнул Тацу, отпивая из чашечки кофе, который в этом ресторане был не в пример лучше, чем варил Эрик. – О том, как опасно кошке играть с мышкой, – Инема фыркнул, правильно растолковав намек, – и как вредно пренебрегать мелочами. Эггерра не только не убил Лекто Мера, но и, лишив его разума, выпустил на меня. И я его запомнил. И щенка Эггерра не убил, а тот, видя, что произошло с любимым дядей, не только не сошел с ума, а наоборот, отчаянно цеплялся на уплывающее все дальше человеческое сознание – все–таки такому юному существу это было невероятно трудно, ибо от страха он не мог перекинуться. Когда появился я, он по тону разговора Эггерры со мной и, возможно, просто чутьем понял, что это его шанс. Он давно уже нашел, как выбраться из дома эллуя, но ограда его не выпускала за пределы поместья, а когда он был со мной, под защитой моей магии и моей ауры, ему, или, вернее, нам, удалось ее обмануть. Эггерра давно уже не следил за волчонком, просто не считал это нужным, полагая, что тот сдохнет сам или навсегда останется обычной собакой; а может, его просто забавляли терзания этого существа. Сначала он не заметил его исчезновения из дома, а потом или не придал этому значения по указанным причинам, или вообще не считал, что кто–то сможет ему помочь что–то сделать.

318